Этот глубинный сдвиг во взаимоотношениях индивида и социума обусловил формирование специфической системы культурных механизмов и институтов, обеспечивающей интенсификацию процесса трансляции культуры и социализации автономного индивида, перестройку социально-психологических механизмов его социальной ориентации и регуляции. В результате интенсивно развивается система образования и прежде всего всеобщая и обязательная общеобразовательная школа. Происходит переход от передачи опытных знаний, навыков и умений непосредственно в процессе самой материально-производственной деятельности к формированию особого вида деятельности по трансляции социально-значимого опыта, который приобретает самостоятельное значение и выделяется в образование. Выделяясь из специализированной духовной деятельности по мере развития крупного машинного производства, образование все больше ориентируется на материальное производство. Оно понимается как процесс, в котором личность должна освоить определенные знания. При этом процесс освоения знаний выступает как; их переход из безличной формы всеобщности в личностную форму культуры индивида. Образование базируется на отчужденном от материально-производственной деятельности абстрактно-всеобщем знании, отображающем отчужденные общественные отношения, которые отделены от индивидов и противопоставлены им в качестве вещных отношений. В условиях разделения труда в особую сферу человеческой деятельности выделяется познание действительности, наука. С самого начала своего возникновения она была ориентирована на человека. Высвободившись из материального производства, переложив в период рабовладения его на плечи «говорящих орудий» и тем самым встав над ними, человек впервые пытается понять свое место в природе через себя самого. Единство природы и человека при этом зиждется на том, что природа антропоморфна, а человек видит в ней образец развития своего духа. Мир совершенен, и его познание выступает как необходимое условие приобщения человека к гармонии; идея о его изменении и преобразовании не только не возникает, но и является абсурдной. Познание выступает не как средство вмешательства в ход естественных событий, а как орудие изменения духовного мира человека, как способ его совершенствования. Само по себе научное знание приобретает характер величайшей ценности для человека, оно делает его добродетельнее, духовно богаче, могущественнее. В принципе такая ориентация науки сохранялась и в средневековье, и в эпоху Возрождения. Продукт натурального хозяйства в средневековье сохранял в себе индивидуальность лица, его изготовляющего и потребляющего, поэтому законы функционирования производительных сил «выступали как характеристики деятельности отдельных мастеров - производителей, а не как всеобщие формы деятельности человека вообще». Знания в производстве не принимали форму абстрактно-всеобщего знания, а существовали в виде практической традиции (как практические рецепты, приемы и навыки), резко противопоставленной теории.