В обществе существует два типа обмена: 1) эквивалентный, гласный, подчиненный конкурентной борьбе; 2) неэквивалентный, спекулятивный, стремящийся к господству. Ими управляют совершенно разные механизмы, и лишь ко второму, но не к первому, относится сфера капитализма. По его мнению, капитализм и рыночную экономику обычно не различают потому, что они развивались одновременно - со средних веков до наших дней, а также потому, что капитализм часто представляли как двигатель или вершину экономического прогресса. В действительности, все несет на своей широкой спине материальная жизнь: если она набирает силу, то все движется вперед; вслед за ней, в свою очередь, быстро усиливается рыночная экономика, расширяя свои связи. Однако от этого роста всегда выигрывает капитализм. Капитализм вырастает из феодального строя, который представляет собой устойчивую форму раздела в пользу привилегированного класса земельной собственности - этого фундаментального богатства. «Буржуазия в течение веков паразитировала на этом1 привилегированном классе, жила при нем, обращая себе на пользу его ошибки, его роскошь, его праздность, его непредусмотрительность, стремясь - часто с помощью ростовщичества - присвоить себе его богатства, проникая в конце концов в его ряды и тогда сливаясь с ним. Это паразитирование длилось очень долго, буржуазия неотступно разрушала господствующий класс, пожирая его. Капитализм начинает торжествовать, когда идентифицирует себя с государством, когда становится государством. В этой связи утверждает, что «подлинная судьба капитализма была в действительности в сфере социальных иерархий. Игра началась с того, что бескровные накопители объявили власть имущей аристократии яростную войну против каких бы то ни было родовых наследственных привилегий. Особенно жесткой эта борьба была в Англии, где новые богачи состояли в основном из беженцев. Борьба шла за политические права, за полное равенство с местным власть имущими, за простор для своей ничем не ограниченной капиталистической предприимчивости на чужой земле.