Попытки увеличить свое благосостояние предстают в этих условиях, во-первых, как стремление присвоить себе большую долю общего продукта, что при постоянстве его размеров ведет к ограблению других; во-вторых, как нарушение иерархического порядка распределения, а значит, подрыв всех общественных устоев. Поэтому ценности предприимчивости, новаторства являются в традиционном обществе маргинальными: они разрушают устоявшуюся систему межличностных отношений, социальную иерархию и противоречат представлению о справедливости как соответствии традиционной норме. Традиционное натуральное хозяйство было живым хозяйственным коллективом, который строился вокруг крестьянской семьи. При этом крестьяне связаны друг с другом общинными отношениями и органично сращены со средствами своего производства - землей. Возникавшие новые связи и новые формы кооперации между хозяйственными единицами (семьями) регулировались общиной. В рамках общин совершался технический прогресс, появлялись новые ремесла. При этом собственность имела условный характер, ее формы - частная, личная, групповая - сверху донизу были ограничены и детерминированы общинными обычаями, сословными обязанностями и привилегиями. Здесь граница внутреннего и внешнего еще не разделяет человека и общину (общество). Индивид продолжает оставаться встроенным. Все экономические и социальные связи внутри такой общности по большей части, замкнуты вовнутрь и имеют непосредственно-личный характер, в силу чего содержат элемент «личных» отношений, личной воли. В качестве высших ценностей считались: общинный образ жизни, выполнение раз установленных обычаев и обрядов, моральное совершенство и религиозная, ориентировавшая общинников на соблюдение интересов общины и божественное спасение. Индивид ценился лишь как член определенной социальной группы и вне этой группы его жизнь постоянно подвергалась опасности. У него не было практического выбора в определении своей жизни, решении личных проблем. «Не выделяющий себя из «рода», из общности индивид, таким образом, и регионально-специфичен. Отсюда его (само)сознание, ограниченное малой группой и «малой» родиной, корпоративно и партикулярно.